Вечером в камеру, где Илья предавался невеселым размышлениям о своем печальном будущем, вошел посетитель. В парадной офицерской военной форме, которая как влитая облегала широкие плечи и плоский живот, в начищенных до блеска кожаных сапогах и с серебристыми парашютиками ВДВ на кителе. В руках он держал щегольской дипломат из черной кожи. На широком, с мужественными морщинами лице, сияла улыбка, на погонах блестели желтыми бликами, под ярким светом лампы, две звездочки подполковника. Его вид напоминал стареющего Супермена, который, несмотря на возраст, все еще не утратил формы и способен соблазнять юных красавиц и спасать мир.

– Привет тунеядцам и алкоголикам, – весело сказал он прямо от входа.

– Вы мне? – спросил Илья, – Я пока не алкоголик.

– Значит с тунеядцем согласен?

– Не согласен, – поневоле улыбнулся Илья, поддаваясь волне оптимизма, которую буквально излучал вошедший.

– Это хорошо. Тунеядцы нам не нужны. Значит так орел, считай, что к тебе явилась добрая фея. Я подбираю контрактников в наши славные вооруженные силы. Мне знакомые в этом заведении сказали, что у них есть кое-какие кандидатуры. Конкретно вот ты мне подходишь. По крайней мере, на первый взгляд. Что скажешь?

– Военная карьера не прельщает меня, – пожал плечами Илья.– Я отказываюсь. – Никогда не хотел быть солдатом.

-Говоришь, военная карьера тебя не прельщает. – Подполковник прибавил немного серьезности в голосе. – А шесть лет в тайге тебя прельщают, орел ты мой сизокрылый? Копать торф, бегать с инвентарем как навьюченный осел вслед за пьяными геологами, кормить гнус по болотам? И, главное, с какой перспективой? Вернуться через шесть лет домой и пойти работать чернорабочим? Я читал твою личную карточку. Тебя отчислили вчистую, восстановлению в университете ты не подлежишь. Снова поедешь поступать, но уже, учитывая судимость, на платное отделение? Или обойдешься ПТУ? Дело конечно твое. Только я бы на твоем месте послушал мое предложение до конца.